Современное развитие человеческой цивилизации характеризуется переходом к технологически ориентированному мировоззрению. С одной стороны, активное распространение интеллектуальных технологий, особенно после пандемийного периода, сопровождается масштабной разработкой цифровых генеративных средств и их практическим применением в многочисленных направлениях, включая образовательный процесс и научные исследования. В соответствии со Стратегией научно-технологического развития Российской Федерации среди главных государственных приоритетов на период до 2030–2035 годов обозначается необходимость перехода к высокоуровневым цифровым, интеллектуальным производственным решениям, роботизированным системам, инновационным материалам и новым подходам к проектированию, а также формированию мощной базы для работы с большими массивами данных, машинного обучения и интеллектуальных технологий.
Достижение устойчивой технологической независимости и обеспечение безопасности могут быть реализованы исключительно через систематическое и качественное формирование компетенций профессиональных кадров для различных отраслей национальной экономики. Этот процесс инициируется в рамках школьного образования и продолжается в высших учебных заведениях и через механизмы дополнительной профессиональной подготовки. В этой связи среди первоочередных задач образовательной структуры актуализируется необходимость подготовки будущих специалистов к эффективному применению цифровых генеративных средств для решения рабочих функций.
Оптимизация такого процесса возможна посредством планомерной интеграции современных интеллектуальных технологий в практику преподавания на школьном и вузовском уровнях. Это, с одной стороны, способствует формированию у учащихся способности к осмысленному и продуктивному использованию ИИ в будущей профессиональной деятельности, а с другой — обеспечивает переход на качественно иную ступень организации учебного процесса, особенно при решении интеллектуальных операций.
Наряду с вышеуказанным наблюдается стремительное включение новых информационно-коммуникационных решений и интеллектуальных технологий в образовательную среду, что провоцирует возникновение новых затруднительных ситуаций, с которыми сталкиваются как преподаватели, так и учащиеся на глобальном уровне. Одним из наиболее острых затруднений представляется несанкционированное заимствование обучающимися материалов, созданных при помощи цифровых генеративных средств — так называемый ИИ-плагиат.
При этом существующая регулятивная база не в полной мере готова к оперативному реагированию на подобные вызовы, что приводит к неэффективному предотвращению затруднений, сопряжённых с применением интеллектуальных технологий в обучении. Это обуславливает потребность научного сообщества в системной проработке проблематики, связанной с данной темой.
На сегодняшний день несанкционированное заимствование, осуществляемое с помощью интеллектуальных технологий, приобрело значительное распространение как в Российской Федерации, так и за её пределами. Учёные и представители практического звена предлагают различные радикальные меры реагирования: от полного исключения возможности применения цифровых генеративных средств студентами до разработки технологии водяных знаков на ИИ-материалах, в том числе применения самого ChatGPT для определения фрагментов, им же и сформированных.
С позиции авторов настоящей работы, любые ограничения, касающиеся использования цифровых генеративных средств, противоречат глобальному курсу на цифровизацию и неспособны устранить саму причину проблемы, заключающуюся в отсутствии сформированных норм научной добросовестности у учащихся.
Целью настоящего исследования было определение уровня осведомлённости обучающихся вузов о значимости следования нормам интеллектуальной добросовестности, а также понимания проблем, связанных с заимствованием ИИ-контента.
Для реализации поставленной цели было обозначено несколько ключевых исследовательских направлений. Одним из них являлось определение совокупности аспектов, формирующих представление учащихся о требованиях к интеллектуальной добросовестности и несанкционированному заимствованию при взаимодействии с цифровыми генеративными средствами в процессе выполнения учебных заданий и подготовки научных материалов. Далее предполагалось составление опросного инструмента, нацеленного на выявление представлений студентов о проблематике соблюдения авторских норм и о характере заимствования ИИ-контента. Завершающим этапом выступило проведение онлайн-опроса среди обучающихся вузов с последующим анализом и интерпретацией полученных результатов.
Центральным понятием, раскрываемым в данной научной работе, является система моральных норм. Именно она определяет нормативные рамки поведения личности в условиях образовательного пространства. В научных педагогических публикациях представлено значительное число работ, в которых рассматриваются различные стороны этических норм, регламентирующих поведение учащихся и преподавателей в рамках научно-образовательной среды. Так, внимание исследователей сосредоточено на следующих тематических направлениях: взаимодействие между педагогами и обучающимися, нормы поведения учащихся в академическом контексте, этика как составляющая профессионального профиля педагога, а также принятие в учебных учреждениях локальных сводов этических норм, регулирующих внутренние поведенческие стандарты, и ознакомление с ними всех участников образовательного процесса.
Настоящее исследование акцентирует внимание на вопросах, связанных с интеллектуальной добросовестностью учащихся, проявляющейся при использовании контента, сформированного с помощью цифровых генеративных средств. Проблематика несанкционированного заимствования, под которым понимается использование без соответствующих прав текстов и концепций, не являющихся результатом личной интеллектуальной деятельности, на протяжении многих столетий остаётся предметом научного обсуждения. По мнению В.И. Левина, зафиксированные случаи присвоения чужих идей восходят к эпохе Ренессанса, когда благодаря изобретению книгопечатания появилась возможность тиражировать как собственные, так и заимствованные интеллектуальные достижения.
В течение нескольких столетий заимствование проникло в различные сферы, включая образовательное пространство и науку. Вследствие этого в современных условиях прослеживается устойчивое распространение указанного явления на всех уровнях академической траектории: от школьного образования до деятельности научных сотрудников и аспирантов. Подобные утверждения находят подтверждение в материалах множества психолого-педагогических и социологических изысканий, выполненных как отечественными, так и зарубежными специалистами.
Исследователи предлагают множество типологий несанкционированного заимствования, основанных на различных признаках: от характера нарушения интеллектуальных прав до особенностей используемых технологий присвоения. При попытке анализа причин подобного рода нарушений учёные выделяют разнообразные основания, способствующие широкому распространению заимствования в научно-образовательной среде. Среди наиболее часто упоминаемых следует отметить личностные, общественные, ситуационные, внутриорганизационные и нормативные основания. Каждое из них будет рассмотрено в последующем.
К числу факторов, обусловливающих распространённость несанкционированного заимствования, относятся личностные, или психологические, особенности обучающихся, которые, как отмечается в работах ряда специалистов, присущи представителям любых социальных и образовательных групп вне зависимости от статуса или уровня учебного учреждения. К таким основаниям относятся отсутствие внутренне усвоенных моральных ориентиров, высокий уровень тревожности, слабые образовательные результаты, неустойчивая самооценка, а также невыраженная позиция в отношении значимости собственного образования. Подобные характеристики способствуют тому, что учащимися не воспринимается присвоение чужого интеллектуального продукта как нарушение норм интеллектуальной добросовестности.
Следующий значимый блок — общественные основания, отражающие дисбаланс между формальным получением документа об образовании и фактическим достижением профессиональных успехов. В этой связи в молодёжной среде укоренилось представление о приоритетности самой формальной аттестации, в ущерб накоплению системных знаний и формированию компетенций. Учащиеся, даже осознавая сам факт заимствования, зачастую не считают данное явление предосудительным.
Среди ситуационных разновидностей оснований выделяются такие, при которых масштаб распространённости несанкционированного заимствования зависит от конкретного контекста. Как показывают эмпирические исследования, учащиеся гораздо чаще прибегают к подобным практикам в условиях выраженного соперничества между собой. Подобные обстоятельства могут включать стремление к достижению максимального результата, высокой оценки за конкретную учебную работу или получение максимально возможного количества баллов при выполнении стандартизированного проверочного задания, необходимого, например, для поступления в престижное учебное учреждение. Следует отметить, что цели ситуационных оснований во многом сходны с общественными, однако между ними существует различие по охвату: если ситуационные основания имеют локальный характер и включают ограниченный круг участников, то общественные охватывают более широкую социальную среду.
Институциональные основания соотносятся с научно-образовательными традициями конкретного учебного учреждения и степенью развития внутриорганизационной культуры добросовестности. Исследования демонстрируют, что чем активнее учебная организация продвигает ценности системного накопления знаний и осознанного формирования профессиональных навыков, тем ниже доля учащихся, прибегающих к присвоению чужих текстов. В каждой стране, в том числе и в Российской Федерации, сформированы неформальные ориентиры, позволяющие определить, какие учебные заведения нацелены на реальное формирование компетенций, а какие лишь выдают документы об образовании.
Наконец, нормативные основания связаны с регулятивной системой и фиксируют степень недопустимости несанкционированного заимствования, а также способы правового определения спорных ситуаций, касающихся установления признаков плагиата или их отсутствия. Эти положения закрепляются в регламентах различного уровня: от федерального законодательства и актов профильных министерств до локальных положений, действующих в рамках конкретной образовательной программы.
Все вышеуказанные разновидности оснований, оказывающие влияние на частоту и формы заимствования в образовательном пространстве, взаимодействуют между собой и создают комплексное воздействие на мировоззрение учащихся и их отношение к нормам интеллектуальной добросовестности.
Развитие интеллектуальных нейросетей и цифровых технологий создало перед обучающимися вузов и начинающими научными работниками широкий спектр возможностей по применению ИИ-средств в целях генерации академического содержания и его последующего присвоения в качестве собственного интеллектуального продукта. Ранее использовавшиеся версии цифровых систем, такие как ChatGPT 3.5, характеризовались наличием определённых технических ограничений, связанных с невозможностью предоставления развернутого отклика по широкому кругу параметров. В связи с этим сформированные тексты требовали дополнительной корректировки, редактирования и наполнения содержанием.
На современном этапе широкое распространение получили продвинутые интеллектуальные нейросети, включая ChatGPT 4.0 от OpenAI и Bard от Google, обеспечивающие отклик по практически неограниченному количеству критериев. Причём качество генерируемых текстов, как с точки зрения содержания, так и по уровню языковой обработки, зачастую не уступает материалам, написанным вручную. Это обстоятельство послужило стимулом для нового этапа повсеместного присвоения учащимися материалов, полученных от интеллектуальных систем, с целью их включения в состав итоговых текстов — явления, получившего обозначение «ИИ-плагиат».
Значительный общественный резонанс данному вопросу придало дело, связанное со студентом РГГУ Александром Жаданом, который, используя генеративную нейросеть ChatGPT, сформировал текст своей итоговой квалификационной работы. Однако в процессе обсуждения данная ситуация зачастую рассматривалась лишь с точки зрения эмоциональной оценки, при этом в тени оказались ключевые вопросы, касающиеся как качества итогового продукта, так и количества взаимодействий пользователя с нейросетью в процессе подготовки текста.
Существующие исследования подчёркивают, что уровень наукоёмкости и достоверности откликов, предоставляемых цифровыми нейросетями, часто оставляет желать лучшего. Это даёт основание утверждать о необходимости переноса дискуссии о заимствовании ИИ-контента в морально-нормативное измерение. Представляется важным обозначить, какие действия обучающегося могут трактоваться как заимствование интеллектуального продукта и насколько обоснованна его претензия на авторство материалов, созданных на основе отклика от цифровой системы и впоследствии доработанных.
Наличие правовой неопределенности и отсутствия морально закрепленных стандартов при использовании материалов, сформированных с помощью интеллектуальных нейросетей, привело к формированию «размытой» границы между допустимым и недопустимым. Помимо очевидных случаев присвоения значительных объёмов ИИ-содержания, существуют и более сложные ситуации, в которых однозначная квалификация факта заимствования представляется затруднительной. Примером может служить выполнение учащимися письменных заданий, когда они сначала обращаются к ИИ-системе за аналитическим откликом, а затем на его основе дорабатывают собственный текст. Возникает также вопрос: может ли считаться несанкционированным заимствованием ситуация, в которой научный деятель применяет интеллектуальную нейросеть для составления обзора литературы и анализа сведений при подготовке статьи?
Неясность в этих и аналогичных случаях усиливается ещё и тем, что квалификация ИИ-плагиата зачастую зависит от конкретных обстоятельств. Например, в чем заключается принципиальная разница между применением нейросети для анализа сведений и использованием статистического инструментария, такого как SPSS Statistics, при обработке данных? Неопределённость границ допустимости и стремление научно-образовательного сообщества оперативно выработать подходы к решению обозначенной проблемы породили широкий спектр решений.
Наиболее быстрая реакция на вызовы времени была зафиксирована со стороны международных научных публикационных учреждений, которые, выступая в качестве платформ для научного обсуждения, стали инициаторами формулирования подходов к допустимости использования интеллектуальных систем в академической практике. Особого внимания заслуживает анализ позиций научных журналов, определяющих допустимые пределы применения цифровых нейросетей в процессе подготовки текстов научных публикаций.
Согласно одной из существующих концепций, в условиях стремительного развития интеллектуальных систем на современном этапе искусственный интеллект может рассматриваться как полноправный соисполнитель исследования. Это объясняется тем, что цифровая нейросеть способна выполнять значительный спектр подготовительных операций в рамках научного исследования, включая обработку обширных массивов данных, предоставление пользователю обратной информации, подбор релевантных источников, проведение анализа литературы, выделение ключевых направлений проблематики, формулирование исследовательских гипотез и прочее. В связи с этим представители научного сообщества начали активно использовать генеративные нейросети при проведении анализа данных и составлении научных текстов.
Как и в случае участия человека, выполняющего значительный объем исследовательских функций, многие учёные стали указывать использованные интеллектуальные системы в числе соисполнителей при подготовке научных рукописей. Ряд академических материалов, опубликованных за последние годы в международных научных изданиях, входящих в базы Scopus и Web of Science, содержит сведения о включении генеративной нейросети — в частности, ChatGPT — в список авторов.
В качестве иллюстрации приведем примеры публикаций, где наряду с именами научных сотрудников указана соответствующая цифровая система. Так, в статье «Open artificial intelligence platforms in nursing education: Tools for academic progress or abuse?» (Nurse Education in Practice, 2022) соавторами выступают S. O’Connor и ChatGPT. Аналогичная практика реализована в работе «Rapamycin in the context of Pascal's Wager: generative pretrained transformer perspective» (Oncoscience, 2022), где авторами указаны ChatGPT и A. Zhavoronkov. Наконец, интересен эксперимент, представленный в исследовании «Can GPT-3 write an academic paper on itself, with minimal human input?» (HAL Preprint, 2022), выполненный Osmanovic Thunström и Steingrimsson с участием GPT.
Все указанные академические материалы были допущены к публикации в соответствующих научных изданиях, которые, по состоянию на момент подготовки данной статьи, допускали возможность применения генеративных нейросетей при условии явного указания факта их участия и фиксации их в качестве соисполнителей.
Аналогичный подход, допускающий применение цифрового интеллекта обучающимися в процессе выполнения образовательных и итоговых исследований, начал реализовываться в ряде высших учебных заведений. В качестве примера можно привести Московский городской педагогический университет, который одним из первых в стране инициировал институциональное обсуждение необходимости актуализации нормативной базы в соответствии с вызовами цифровой эпохи. Представленное учебным заведением решение демонстрирует один из возможных вариантов регламентации применения ИИ в рамках образовательной и исследовательской деятельности студентов.
В соответствующем регламенте чётко обозначено, в каких границах и для каких целей возможно использование обучающимися генеративных технологий. Однако часть формулировок в документе может интерпретироваться неоднозначно, что, в свою очередь, инициирует дискуссии среди научного и студенческого сообществ. В частности, в тексте содержится указание, согласно которому учащимся разрешается применять интеллектуальные системы в целях анализа содержания, генерации идей и поиска информационного материала при подготовке ВКР и других образовательных работ.
Тем не менее ключевая проблема заключается в определении степени применения обучающимися материалов, сформированных цифровыми системами. Широкие и обобщённые формулировки, безусловно, нуждаются в уточнении и дифференциации, которую надлежит осуществить педагогам применительно к специфике конкретной дисциплины, профессиональной направленности и академического профиля.
Передовая практика МГПУ, предусматривающая институциональное включение норм, регламентирующих применение обучающимися обратной связи от цифровых интеллектов, представляется целесообразной для всестороннего анализа и масштабного внедрения в других учебных заведениях страны.
Альтернативная точка зрения на допустимые рамки применения интеллектуальных систем в научных исследованиях представлена рядом научно-публикационных структур, придерживающихся более жёсткой позиции. К числу таких организаций относятся издательства, такие как Science и Elsevier, чьи редакционные регламенты содержат прямой запрет на признание цифровых интеллектов соисполнителями научных работ. В частности, в политике издательства Elsevier указано, что интеллектуальные системы не могут указываться как авторы или соавторы, равно как не допускается ссылка на них в этом качестве. Основной аргумент сводится к тому, что выполнение исследовательских функций, равно как и принятие научной подотчётности, доступно исключительно человеку.
Сопоставление различных подходов указывает на отсутствие согласованной позиции в международной научной среде относительно квалификации ИИ-плагиата и определения пределов допустимого использования цифровых интеллектов, особенно в тех случаях, когда границы допустимости остаются неочевидными и требуют уточнения.
По мнению авторов настоящего исследования, проблематика заимствования материалов, сгенерированных цифровыми системами, должна рассматриваться через призму норм научной добросовестности. Учащиеся, воспринимающие определённые формы несанкционированного заимствования, такие как переписывание домашних заданий или списывание при тестировании, как обыденное явление, зачастую не осознают негативные последствия подобного поведения. В этих условиях проблема заимствования ИИ-контента приобретает ещё большую степень дискуссионности, при этом центральным критерием оценки становится система ценностей конкретного участника образовательного процесса.
Современные направления в развитии технологий на уровне государства, а также активное внедрение искусственного интеллекта в систему образования, подтверждают тенденцию к всё более широкому использованию цифровых генеративных сервисов при реализации заданий и подготовке научных работ студентами. Уже в ближайшее время предполагается, что искусственный интеллект трансформируется из вспомогательного инструмента в полноценного участника учебной деятельности, входящего в образовательную триаду, включающую студенческую аудиторию, цифровой генератор и преподавателя. При этом эффективность учебной деятельности в условиях этой модели в значительной степени будет зависеть от осмысления студентами норм интеллектуального поведения и понимания разграничений в области допустимого использования контента, сформированного цифровыми сервисами.
С учетом рамок настоящего анализа выделим совокупность положений, определяющих степень осмысления студентами вопросов, связанных с соблюдением норм интеллектуального поведения, а также осознание рисков, обусловленных нарушением авторства при работе с цифровыми генеративными сервисами в процессе выполнения заданий и подготовки научных текстов. Всего в структуру входят пять таких положений.
В качестве первого положения рассматривается общее осмысление студенческой аудиторией принципов интеллектуальной добросовестности и характерных признаков нарушения авторства в научно-образовательной сфере. Без сомнения, проблема нарушения авторства в условиях применения искусственного интеллекта выступает лишь частным случаем общей темы, связанной с соблюдением норм интеллектуального поведения в академической среде. Результаты многочисленных социологических исследований в данной области позволяют констатировать высокий уровень осведомленности студентов о фактах недопустимого заимствования и несанкционированного использования интеллектуальных продуктов других лиц. При этом выявлено, что, несмотря на осознание неправомерности действий, значительное число студентов продолжает целенаправленно пренебрегать существующими правилами академической добросовестности.
Следует подчеркнуть, что уровень понимания обучающимися сути нарушения авторства в целом будет определяющим и для осмысления специфики цифрового плагиата. Под данным положением следует понимать совокупность суждений студентов о допустимости тех или иных действий, связанных с соблюдением либо нарушением норм интеллектуального поведения в условиях выполнения учебных заданий и подготовки исследовательских работ.
Вторым значимым положением выступает наличие у студенческой аудитории собственного опыта применения цифровых генеративных сервисов в учебной деятельности. Практика включения технологий искусственного интеллекта в учебный процесс, а также частота их использования при выполнении заданий и в ходе научной работы, прямо влияет на степень осмысления обучающимися проблем, связанных с нарушением авторства в контексте ИИ, и на их отношение к подобным действиям.
Третье положение касается осмысления студентами особенностей цифрового плагиата, а также восприятия ими ситуации заимствования контента, сгенерированного искусственным интеллектом. Поскольку на текущем этапе отсутствует чёткая граница между допустимым и недопустимым использованием сгенерированных материалов, особую значимость приобретает необходимость выявления практик студенческой аудитории при взаимодействии с ИИ-сервисами. Также следует определить, какие действия с точки зрения студентов не нарушают интеллектуальную этику, а какие подлежат квалификации как нарушение авторства при использовании цифровых генераторов. Нарушение авторства в условиях ИИ представляет собой новую предметную область интеллектуальной добросовестности и включает ситуации, при которых возможно либо соблюдение, либо игнорирование норм поведения при использовании сгенерированных текстов.
Четвертым значимым положением в структуре факторов, определяющих уровень осмысления студентами вопросов цифрового плагиата, выступают действия педагогов, направленные на профилактику нарушений интеллектуальной добросовестности. Согласно мнению ряда исследователей, обсуждение с обучающимися норм поведения при использовании генеративных цифровых ресурсов может стать одной из действенных мер, препятствующих возникновению нарушений в академической среде. Особенно значимым подобное обсуждение становится в условиях, когда работа с цифровыми генераторами включается в общую методику преподавания конкретной дисциплины или отдельных аспектов образовательного курса.
Примером может служить исследование, посвященное формированию у студентов лингвистических направлений умений в иноязычной речевой деятельности на основе использования чат-ботов и других ИИ-сервисов. Авторы разработки, П.В. Сысоев и Е.М. Филатов, выделяют среди этапов методики проведение совместного обсуждения между студентами и педагогом вопросов соблюдения интеллектуальной добросовестности, в рамках которого формулируются допустимые условия использования материалов, генерируемых цифровыми ресурсами. Это позволяет ещё на этапе планирования учебной деятельности избежать неосознанных нарушений и сформировать у студентов устойчивую этическую позицию в вопросах взаимодействия с ИИ.
Если же в образовательном контексте отсутствует целенаправленное задание на самостоятельное взаимодействие обучающихся с генеративным цифровым ресурсом, а вероятность несанкционированного использования ими полученных таким образом материалов остаётся высокой, научно-педагогическим работникам следует уделить особое внимание разъяснению норм интеллектуального поведения и профилактике возможных нарушений. Такой подход позволяет перевести потенциально неосознанные действия студентов в сферу сформированной внутренней ответственности.
Хотя очевидно, что разъяснительная деятельность педагогов не способна полностью исключить случаи нарушения интеллектуальной добросовестности, влияние внешних и личностных факторов будет по-прежнему сохраняться. Тем не менее, систематическое информирование обучающихся о сущности и значимости этических норм в контексте использования ИИ обеспечивает переход к более осознанному подходу и способствует формированию устойчивого отношения к соблюдению правил интеллектуального поведения в научно-образовательной среде.
Опросное изучение, проведённое в декабре 2023 года и завершённое в январе 2024 года, было организовано в онлайн-формате посредством платформы Yandex Forms. В нем приняли участие 1599 студентов различных уровней подготовки, включая бакалавриат, специалитет и магистратуру, представлявших 29 высших учебных заведений Российской Федерации. Среди этих организаций можно выделить МГУ имени М.В. Ломоносова, МПГУ, МГПУ, СПбГУ, НГЛУ имени Н.А. Добролюбова, ТГУ, ТГУ имени Г.Р. Державина, ТГТУ, ИвГУ, РАНХиГС, МФТИ, ВГУ, Воронежский ГАУ и другие.
Респонденты представляли широкий спектр направлений подготовки, включая лингвистику, филологию, юриспруденцию, экономику, лечебное дело, математическое моделирование, информационные технологии, педагогическое образование, журналистику, социологию, историю и другие профили. Участие в опросе осуществлялось на добровольной основе, преимущественно по приглашению, распространённому через социальную сеть «ВКонтакте».
С целью выявления уровня осмысления студентами вопросов, связанных с соблюдением норм интеллектуального поведения и нарушения авторства при взаимодействии с цифровыми генераторами в процессе выполнения заданий и подготовки научных материалов, была разработана специализированная онлайн-форма. Данный инструмент включал в себя две содержательные части.
В первой части анкетирования основное внимание было сосредоточено на определении позиции студентов по каждому из пяти ранее обозначенных положений. Каждому респонденту предлагалось ознакомиться с утверждениями и выразить свою степень согласия с ними с помощью шкалы, варьирующейся от полного несогласия до полного согласия по пятибалльной системе.
Вторая часть опросника была представлена в виде развернутой формулировки, предполагающей самостоятельное описание конкретных примеров использования цифровых генераторов в учебной или исследовательской деятельности каждым из участников.
Наиболее выраженное осмысление обучающимися принципов интеллектуального поведения в образовательном пространстве было зафиксировано в отношении общего понимания сути нарушения авторства. Так, по утверждению В.1.1, 96,4 % студентов продемонстрировали осведомлённость о значении термина «плагиат» (среднее значение – 4,78; наиболее частотная оценка – 5), что свидетельствует о широком распространении базового представления о данном понятии в студенческом сообществе.
Тем не менее, значительная доля респондентов признала факты целенаправленного заимствования учебных материалов у одногруппников, что подтверждается данными по В.1.2 (61,3 %, средний показатель – 3,78; наиболее частотная оценка – 5). Следует подчеркнуть, что ответы на следующий уточняющий пункт (В.1.3), касающийся нарушения норм интеллектуального поведения под влиянием внешних условий (ограниченное время, стремление к высокой оценке, отсутствие мотивации и т.п.), существенно отличались от предыдущего, что видно из различий в статистике: средний балл – 2,73, наиболее частотная оценка – 3.
Указанные расхождения в оценках и вариативность ответов на В.1.3 указывают на то, что в российском студенческом сообществе нарушение авторства воспринимается как распространённая и укоренённая практика, многие формы которой не интерпретируются молодежью как нарушение этических норм. Это обусловлено тем, что подобные действия не ассоциируются с серьёзными последствиями и не соотносятся с понятием ответственности, характерным для более значительных академических проступков.
Важно отметить, что по результатам многочисленных опросов [33; 34], от 80 до 90 % студентов акцентируют внимание на важности получения качественной подготовки в вузе как условия для будущего профессионального становления. Эпизодические случаи нарушения авторства, распространённые среди обучающихся, не воспринимаются ими как риск для развития трудовых навыков и достижения карьерных целей.
Подтверждением данной позиции служат показатели по В.1.4 (73,2 %, среднее – 4,05; мода – 5) и В.1.5 (49,9 %, среднее – 3,46; мода – 5), согласно которым студенты в целом признают важность соблюдения норм поведения, но не считают единичные эпизоды заимствования препятствием для формирования собственной профессиональной компетентности.
Далее рассмотрим результаты, касающиеся практики взаимодействия студентов с цифровыми генераторами в рамках учебного процесса. Показатель В.2.1 демонстрирует, что 75,6 % опрошенных имеют представление о существовании ИИ-сервисов, применимых в образовательной среде. Средний балл составил 4,1, а наиболее часто выбираемая оценка – 5, что свидетельствует о высоком уровне информированности обучающихся относительно функционала таких инструментов.
При этом данные по В.2.2 показывают, что использование цифровых генераторов при реализации повседневных заданий (в том числе домашних упражнений) осуществлялось менее активно: только 46 % респондентов подтвердили такой опыт, а средний показатель составил 3,06 при моде, равной 5. Это указывает на определённую избирательность в применении технологий ИИ в учебных целях.
Что касается более значимых форм учебной деятельности, например подготовки курсовых или квалификационных проектов, то доля студентов, использовавших цифровые генераторы, оказалась ещё ниже: согласно В.2.3, только 17,6 % респондентов подтвердили такой опыт. Среднее значение составило 2,08, при этом наиболее частотная оценка – 1, что указывает на редкость данной практики.
Аналогичная тенденция прослеживается в показателе В.2.4, касающемся выполнения заданий, предполагающих получение и анализ отклика от цифрового генератора. Только 18,1 % обучающихся отметили наличие подобного опыта, при этом средний балл составил 2,19, а наиболее часто встречающееся значение – 1. Эти данные свидетельствуют о том, что хотя базовая осведомлённость студентов о возможностях применения ИИ-сервисов находится на достаточно высоком уровне, фактическая практика активного взаимодействия с ними в учебных целях остаётся ограниченной.
Рассмотрим далее сведения, отражающие уровень осмысления студентами особенностей цифрового плагиата, а также их отношение к применению материалов, сформированных генеративным искусственным интеллектом. Согласно утверждению В.3.1, большинство респондентов склонны воспринимать цифровой генератор скорее как инструмент, чем как субъекта, что подтверждается средним баллом 3,89 при моде, равной 5.
Данные по В.3.2 демонстрируют, что 68,1 % опрошенных считают себя автором индивидуальных запросов, сформулированных с целью получения адаптированной по содержанию или объему информации от ИИ. Это отражается в высоком среднем значении – 4,1, а также наиболее частом ответе – 5, что свидетельствует о представлении студентов о значимости собственного участия в процессе генерации контента.
Тем не менее, ответы на В.3.3 и В.3.4 показывают иную тенденцию: значительное число респондентов (более 40 %) не приписывают себе исключительных прав на содержание, полученное от цифрового генератора, ни в форме полного правообладания, ни в виде соавторства. В обоих случаях мода составила 1, а средние значения – 2,24 и 2,29 соответственно, что указывает на низкую степень отождествления себя с результатом работы ИИ.
Показатели В.3.5 и В.3.6, в которых оценивалась позиция студентов относительно возможности свободного применения сгенерированного контента, показывают умеренное распределение ответов: средние значения составили 3,19 и 3,13 соответственно, что указывает на частичное принятие идеи использования цифрового материала по собственному усмотрению. При этом наблюдается разнородность мнений, что также подтверждается распределением мод – обе равны 3.
Утверждение В.3.7 демонстрирует недостаточную склонность студентов к указанию источника при использовании сгенерированного материала: лишь 33,3 % респондентов выбрали ответ «согласен» или «полностью согласен», тогда как средний балл составил 2,93, при моде – 3. Эти данные подтверждают недостаточное внимание к вопросам ссылочности.
По результатам В.3.8, более 60 % студентов хотя бы один раз представляли содержание, полученное с помощью цифрового генератора, как собственную работу. Среднее значение – 2,29, мода – 1, что отражает высокий уровень фактических случаев присвоения текста.
Ответы на утверждение В.3.9 демонстрируют, что большинство респондентов признают полное копирование текста, сформированного ИИ, без указания источника, нарушением норм добросовестности. Среднее значение – 3,5, мода – 5.
Показатели В.3.10 и В.3.11 свидетельствуют о разном понимании границ нарушений: использование крупных фрагментов признается цифровым плагиатом с большей охотой (средний балл – 3,21, мода – 3), чем заимствование даже минимальных объемов (средний балл – 2,75, мода – 3). Это указывает на сложность разграничения допустимого и недопустимого в сознании студентов.
Практически половиной опрошенных была выражена позиция в пользу необходимости внесения изменений в локальные регламентирующие документы высших учебных заведений, касающихся порядка применения технологий искусственного интеллекта в образовательной деятельности. Несмотря на это, у значительной части обучающихся выявлено либо отрицательное отношение к такому подходу, либо полное безразличие. Поскольку форма опроса не предусматривала дополнительных пояснений, трактовка подобных ответов представляет определённую сложность.
Особого внимания заслуживает высокий удельный вес как нейтральных, так и негативных откликов, что позволяет выдвинуть несколько предположений о причинах подобного отношения. Возможно, речь идёт о низком уровне доверия к нормативной составляющей образовательной системы, либо об убеждённости обучающихся в отсутствии необходимости дополнительных регламентирующих актов, учитывая возможность решения соответствующих вопросов напрямую с преподавателями. Не исключены и иные основания для выраженного отношения.
Определённую прояснённость в интерпретацию ответов на предыдущий пункт вносит анализ результатов по последующим вопросам. Наибольшее число респондентов не имело опыта вовлеченности в обсуждение регламентирующих документов своего высшего учебного заведения, включая положения, связанные с использованием технологий искусственного интеллекта. Более того, значительная доля студентов не обладает информацией о наличии аналогичных актов в других образовательных организациях.
Учитывая указанные обстоятельства, становится очевидным, что обучающимися не воспринимается потребность в корректировке или дополнении существующих локальных нормативных документов, регулирующих образовательную деятельность с применением ИИ-инструментов.
Анализ ответов, полученных в результате анкетного опроса, позволил определить ряд направлений для проведения научной дискуссии в контексте трансформации системы подготовки специалистов в условиях повсеместного внедрения технологий искусственного интеллекта.
На первом плане следует отметить высокий уровень распространённости недобросовестного заимствования среди обучающихся, что свидетельствует о закреплённости плагиата как устойчивого социального феномена в рамках отечественной системы высшего образования. Решение обозначенной проблемы остаётся актуальной задачей для педагогического сообщества и управленческого состава образовательных организаций. Учитывая многофакторную природу данного вызова, его преодоление требует как воспитательных стратегий, так и применения санкционных инструментов.
Следует также подчеркнуть, что материалы анкетного опроса подтверждают наличие значительного разрыва в информированности между обучающимися и педагогами в сфере использования технологий искусственного интеллекта. Студенты демонстрируют более высокий уровень владения такими инструментами, самостоятельно интегрируя их в процесс подготовки академических текстов и выполнения учебных заданий. Отсутствие системного контроля со стороны педагогов над применением ИИ-ресурсов создает благоприятную среду для распространения несанкционированных заимствований.
Эти результаты полностью согласуются с ранее полученными данными, представленными П.В. Сысоевым, где подчёркивается недостаточная информированность преподавателей в образовательных возможностях технологий искусственного интеллекта, а также ограниченная степень их готовности к профессиональной реализации соответствующих средств в рамках учебной деятельности.
Тем не менее, требуется зафиксировать, что текущая ситуация не может быть охарактеризована как полное отсутствие прогресса. Как в рамках рассматриваемого исследования, так и на основе других источников подчёркивается наличие определённой позитивной динамики. Несмотря на устойчивый разрыв в уровне компетенций в области искусственного интеллекта между педагогами и обучающимися, постепенно всё большее число преподавателей начинает применять цифровые решения на основе ИИ в образовательной практике.
Важно акцентировать, что в условиях современной образовательной среды вузов массовый характер неавторского заимствования, сформированного ИИ, пока отсутствует. Удержание и предотвращение дальнейшего распространения такого рода явлений требует от администрации и преподавательского состава разработки и реализации комплекса регламентирующих и организационных мер.
Особо следует выделить тенденцию углубления проникновения ИИ-технологий в процесс профессиональной подготовки специалистов. Обобщённый анализ ответов, предоставленных в открытых вопросах, отражает повышение вовлечённости преподавателей в освоение и преподавание профессионально ориентированных цифровых решений на базе ИИ, направленных на формирование необходимых компетенций у студентов.
Так, языковеды сообщают об использовании корпусных технологий при проведении научных исследований в области лингвистики, а также при формировании навыков грамматически правильной речи. Педагоги, специализирующиеся на преподавании иностранных языков, а также русского языка как иностранного, применяют чат-ботов и голосовые ассистенты для развития речевых навыков, используют нейросетевые платформы, включая ChatGPT, для получения оперативной обратной связи при самостоятельном выполнении эссе и создании обучающих заданий. Специалисты в области права демонстрируют использование специализированных ИИ-платформ (например, Casetext, Legal Robot, «Кампус») и цифровых правовых ассистентов (Humata AI, AI Lawyer, OneLaw.ai), а также инструментов на основе нейросетей, таких как Spellbook, предназначенных для анализа судебной практики, обобщения процессуальных документов и выполнения юридических исследований. Представители медицинской отрасли используют специализированные платформы, такие как «Цельс» (CELSUS), при диагностике, в частности, для точного выявления патологий на основании рентгенографических данных с применением многокомпонентного анализа.
В качестве следующего значимого направления научного осмысления выделяется стремительное распространение технологий искусственного интеллекта, что обусловливает необходимость трансформации устоявшихся педагогических методов, а также обновления механизмов оценки сформированности компетенций обучающихся. Изменения должны затронуть как содержание учебного процесса, так и процедуры контроля освоения профессиональных и общекультурных знаний, что находит подтверждение в позициях, высказанных зарубежными исследователями.
Современный этап образовательного взаимодействия требует перехода к новому уровню решения когнитивных задач, что предполагает внедрение элементов практической деятельности студентов с использованием технологий генеративного ИИ в структуру традиционных методик преподавания. Согласно ряду исследований, положительный эффект достигается в тех случаях, когда результаты применения ИИ-инструментов в процессе самостоятельной работы обучающихся становятся предметом дальнейшей коллективной или индивидуальной аудиторной деятельности. Такой подход обеспечивает не только включение ИИ в образовательную среду, но и делает использование инструментов менее формальным за счёт обязательной переработки результатов практики в процессе анализа, обсуждения и доработки.
С точки зрения организации контроля, педагогическим работникам надлежит разрабатывать и адаптировать формы оценки, которые позволят эффективно диагностировать уровень усвоения учебного материала, исключая возможность полной подмены индивидуального результата решениями, сгенерированными ИИ. Одним из возможных путей может выступать разработка заданий, требующих осмысленной переработки или критического анализа ответов, предложенных технологией искусственного интеллекта. В таком случае обратная связь, полученная от ИИ-инструмента, не становится конечной точкой в выполнении задания, а выступает в роли промежуточного этапа, формирующего основу для аналитической и проектной активности студента. Это, в свою очередь, создаёт условия для минимизации вероятности появления заимствований, сформированных ИИ.
Значимую роль в рамках реализации учебных стратегий, основанных на использовании средств искусственного интеллекта, занимает систематическое рассмотрение вопросов соблюдения обучающимися норм интеллектуальной добросовестности при взаимодействии с генеративными ИИ-инструментами. Необходимо подчеркнуть, что соответствующая проблематика должна включаться в образовательный модуль с самого начала курса и актуализироваться по мере необходимости.
Такой подход способствует формированию у обучающихся ответственного отношения к результатам своей учебной деятельности и пониманию границ допустимого использования материалов, полученных с применением технологий искусственного интеллекта. Педагогу, таким образом, отводится ключевая функция в разъяснении нормативных ориентиров, определяющих этическую сторону учебного процесса.
Ввиду интенсивного распространения цифровых решений и роста потенциальных угроз, связанных с заимствованием, сгенерированным ИИ, актуализируется необходимость внесения соответствующих изменений и дополнений в локальные акты образовательных учреждений. Речь идёт как о разработке и принятии на уровне учёных советов вузов этических кодексов, определяющих стандарты поведения в академической среде для преподавателей и студентов, так и о пересмотре положений, регламентирующих выполнение курсовых и выпускных квалификационных работ, содержания образовательных программ и учебных дисциплин.
Особое внимание следует уделить закреплению в указанных документах возможных форм и степени допустимого применения обучающимися средств ИИ в зависимости от специфики профессиональной подготовки. Кроме того, обсуждение нормативных изменений предполагает активное вовлечение студентов, что позволяет учитывать их мнение при установлении регламентирующих рамок и способствует формированию осознанного отношения к вопросам соблюдения авторской этики в условиях цифровизации образовательной среды.
Активное распространение технологий искусственного интеллекта в образовательном пространстве сопровождается возникновением ряда вызовов, среди которых особое значение приобретает проблема неэтичного использования ИИ и нарушения обучающимися норм интеллектуальной добросовестности. В рамках проведённого анализа были выделены ключевые аспекты, определяющие уровень осознания студентами вопросов соблюдения авторских норм при выполнении учебных задач и создании научных материалов с применением генеративных ИИ-инструментов.
Выделены пять направлений, характеризующих уровень сформированности соответствующих представлений: общее понимание обучающимися принципов соблюдения авторской добросовестности и проблемы заимствования в академической среде; их практический опыт взаимодействия с цифровыми ИИ-инструментами; осознание специфики проблемы ИИ-плагиата; меры, предпринимаемые педагогами с целью предотвращения несанкционированных заимствований; а также позиция образовательных организаций в части регламентации использования ИИ и обеспечения соблюдения студентами норм интеллектуальной добросовестности.
Итоги опроса, проведённого среди студентов различных высших учебных заведений страны, позволяют утверждать, что в студенческом сообществе плагиат рассматривается как распространённая форма поведения, укоренившаяся в практике образовательной деятельности. Несмотря на высокий уровень осведомлённости студентов в сфере ИИ, низкий уровень применения ИИ-инструментов педагогами при реализации учебных предметов определяет пока что ограниченное распространение неэтичного использования генеративного ИИ.
Следует отметить, что у значительной части обучающихся отсутствует системное представление о допустимых форматах легального применения сгенерированных материалов, а также о границах, за которыми начинается нарушение этических норм. Особую значимость, по мнению респондентов, приобретает работа педагогов, направленная на разъяснение правил обращения с ИИ-материалами, а также наличие в образовательной организации нормативной базы, определяющей условия и допустимый объём применения ИИ-средств в процессе обучения.
Результаты проведённого анализа очерчивают перспективы для дальнейшего научного изучения. В частности, внимание должно быть сосредоточено на формировании методологических основ организации учебного процесса с опорой на ИИ-технологии; разработке инновационных форм оценки степени освоения программ; создании комплексных моделей интеграции взаимодействия обучающегося, искусственного интеллекта и педагога в единую образовательную парадигму.
